- Ты снова пытаешься манипулировать мной. - холодно усмехнувшись заметила Элизабет. - Но можешь не беспокоится, я не собираюсь мстить тебе. Ты уже получил сполна за свои преступления. Я давно поняла, что ты за человек. Я не ждала от твоей исповеди ничего другого. Как странно, сейчас я четко вижу, кто ты на самом деле. Почему же раньше я была слепа? Все эти письма, тайные признания в саду, бесконечные ожидания разрешения на брак. Мне и в голову не приходило, что тобой двигает холодный расчет. А сейчас я даже не удивлена. За этот год я узнала мир с разных его сторон, увидела ад во всех проявлениях, но смогла выжить, и что-то усвоить и понять. Неужели, чтобы достичь мудрости, необходимо так много вынести и выстрадать?
- Счастье и довольство ослепляют, Лиз. Усыпляют бдительность, парализуют мысль. Только в борьбе познается истина. - Александр Флетчер отстраненно и загадочно улыбнулся. - Может, есть еще что-то, о чем бы ты хотела узнать?
- Платье Марии. - произнесла Элизабет, проницательно наблюдая за его лицом. - Если все так, как ты говоришь, то зачем ты привез мне ее платье? Трофей с места убийства?
- Нет. - спокойно ответила Алекс. - Нет. Это память. Я должен был взять что-то от женщины, которая умерла из-за меня.
- Ты любил ее?
- Насколько был способен. У нас были странные отношения, я уже говорил об этом. Но Мари была частью моей жизни. Я хотел, чтобы она жила и была счастлива.
- А ребенок? Почему ты не говоришь о сыне, который тоже умер в ту ночь? - Элизабет поджала губы, с укоризной глядя на Алекса.
- Это был ее сын. Она хотела родить его для Ричарда.
- Что ты несешь. - презрительно бросила Лиз.
- Поэтому она и встречалась со мной. Они долго пытались завести детей, но у Мари не получалось зачать. Она думала, что дело в ней. Потом стала расспрашивать любовниц Мельбурна. Ни одна из них не забеременела. Но ему нужен был наследник, и она обратилась ко мне.
- Расспрашивала любовниц? - ужаснулась Элизабет.
- А то ты не знаешь нравы Мельбурна. О его похождениях всегда ходили легенды. Есть мужчины, которым никогда недостаточно одной женщины.
- Тебе тоже?
- Что? - не понял Александр.
- Ты сделал выводы из собственного опыта? - уточнила Лиз.
- Я бывал при дворе, у меня огромный опыт общения с представителями аристократических домов. Власть и деньги всегда внушали восхищение в женские сердца. Кто-то может сопротивляться соблазну, кто-то нет. Я сам никогда не задумывался над этим вопросом. Мне некому хранить верность.
- Катрин? Ты изменял ей?
- Нет. Но, скорее, потому что не успел. Мы слишком мало прожили вместе. .. - Флетчер осекся и внимательно посмотрел на Элизабет. В зеленых глазах мелькнула улыбка. - Хотя постой. По всем законам, мы до сих пор женаты. Ты моя жена, черт возьми.
- Даже не думай! - возмутилась Элизабет. - Ты сам похоронил меня.
- Но ты жива. Я совершил преступление, женившись на Катрин. Но судить меня за двоеженство бессмысленно, потому что она умерла. Выходит, что единственная настоящая законная жена - это ты. - Флетчер пронзительно расхохотался. - Бывает же, а? У нас ведь даже брачной ночи не было.
- Была. - ледяным тоном отозвалась Лиз. - У меня была брачная ночь с десятью обезумившими воинами Мельбурна.
Улыбка Алекса померкла. Что-то дрогнуло в его лице, подозрительно напоминающее сожаление. Но меньше всего Элизабет хотела жалости от Александра Флетчера.
- Прости. - шепотом произнес он, опуская глаза.
- Не стоит. Я столько раз слышала "прости". Не помогает, Алекс. Они все сейчас мертвы. Последнего убила я. А вот это придает силы, чтобы жить дальше.
Алекс ничего не ответил, опустив голову, он снова уставился на огонь, погрузившись в свои мысли. Элизабет повернулась на бок, израсходовав последние силы на долгий разговор. Совсем скоро она уснула.
Следующий день не сулил ничего хорошего, но к облегчению путников, под утро дождь закончился. Позавтракав остатками дичи, они отправились в путь. Никто не произносил не слова. Каждый думал о своем, отгородившись друг от друга стеной безмолвия. К полудню вышло солнце, ветер сменился, и заметно потеплело. Беатрис отмела меры предосторожности и сняла головной убор, рассыпав по спине тяжелые темные с медным отливом волосы. Алекс попытался оговорить ее, но девушка лишь небрежно пожала плечами.
- Здесь никого нет. Ни души на сто верст. Могу я хотя бы просушить голову. Я не собираясь стричь волосы или выводить вшей.
- Дорога на Йоркшир пролегает совсем близко. Нас могут увидеть. - сообщил Алекс. Но Беатрис проигнорировала его предупреждения. Никто их них и не догадывался, что из-за небольшого пролеска, вдоль которого ехали изможденные всадники за ними наблюдает два десятка глаз. Хладнокровных, безжалостных и алчных.
Алекс Флетчер что-то почувствовал, уже через пару минут после перепалки с Беатрис. Остановившись, он обернулся в сторону темнеющего пролеска. Подняв руку, он призвал спутниц последовать его примеру.
- Что такое? - звонко спросила недовольная Беатрис.
Сузив зеленые глаза, Флетчер пристально смотрел на шевелящиеся на ветру деревья.
- Тихо. - шепнул он, прижав указательный палец к губам. Стая птиц резко взмыла над деревьями. - Беатрис, шляпу быстро. Элизабет спрячь лицо. Подними воротник. Мы здесь не одни.
- Господи. - жалобно всхлипнула Рисса, судорожно пряча волосы под мужской шляпой.
- Держи. - Лиз приблизилась к девушке и сунула в дрожащие пальцы кинжал. Точно такой же она сжимала в правой руке.
- У нас только одно ружье. Если их много, нам конец. - посмотрев в глаза Элизабет сказал Алекс Флетчер. Элизабет чуть заметно кивнула.
- Попытаемся бежать. - прошептала она.
Александр иронично улыбнулся, вскидывая ружье и направляя его в сторону деревьев. Свободной рукой он похлопал по гриве низкорослую клячу, топтавшуюся на месте и невозмутимо пощипывающую травку.
- Только не на наших лошадях. -сказал Флетчер. - Будем надеется, что их не много, и они не знают меня.
Но его надежды быстро превратились в пыль, потому что в следующую минуту со свистом и воинственными криками из пролеска появились, как минимум, десять всадников на крупных черных жеребцах. Размахивая саблями и ружьями, издавая жуткий боевой клич, они стремительно приближались.
- На землю. Быстро. - скомандовал Алекс, спрыгивая с лошади. - И за мою спину. Обе. Чтобы не случилось, молчите. И не смотрите на них.
Элизабет поразила быстрота реакции Алекса, его уверенность. Как ни странно, но она не чувствовала страха, в отличии от дрожащей Беатрис. Если ей суждено умереть здесь, так тому и быть. Разве она не покойница для всех друзей и близких? Разве в ее жизни не происходили куда более зловещие ужасы?
